PDF

Официальный бортовой журнал авиакомпании «Belavia»
Аудитория — более 3 000 000 человек в год

 

«Было ощущение правильного дела: ты говоришь правду людей, которые уже не могут ее сказать»

Я иду по одной из улиц Бреста. Голос в наушниках рассказывает о жизни в гетто. Во время войны улица была его частью. Сейчас об этом ничего не напоминает: среднестатистическая застройка, обычные прохожие. Но голоса очевидцев рассказывают о том, что евреям запрещается пользоваться тротуарами; о крохах еды, которые передают за колючую проволоку; о погромах; о расстрельных дворах, куда можно попасть, просто свернув в арку. Спектакль, который придумал театр «Крылы халопа», идет внутри моей головы, когда там соединяется обыденная реальность и голоса свидетелей из прошлого. Идея сделать постановку-памятник прямо в городском пространстве возникла у режиссера Оксаны Гайко. Мы встречаемся с ней, чтобы поговорить о живой истории и театральном новаторстве.
Текст: Елена Мальчевская
Фото: Роман Чмель, Источник: 34 mag
Мы разговариваем спустя год после того, как проект Brest Stories Guide был реализован и спектакль успешно идет в городском пространстве. Какие у вас ощущения?
Мне очень нравится, что я не утратила интереса к нему. Brest Stories Guide планировался как долгоиграющий проект, над которым будут постоянно работать: новые маршруты, англоязычная версия. Я очень боялась, потому что обычно: показал миру — тема изжита, охладеваешь. А здесь я чувствую, что хочу работать над ним дальше. Сейчас мы делаем версию для Apple (пока доступна версия для Android. — Ред.). Думаю, запустим к весне.
Оксана Гайко (слева) и Светлана Гайдалёнок (справа)
На презентации проекта много спорили, что это: спектакль, аудиогид, экскурсия? Вы можете объяснить, почему это именно спектакль?
Я позиционирую Brest Stories Guide как спектакль, потому что он сделан по драматургическим законам. Там есть классическая драматургическая линия: завязка, кульминация, развязка. Все выстроено как спектакль; текст читают актеры. Плюс в основе документальные истории — это документальный театр. С этими же историями я могла бы сделать спектакль на сцене. Но в тот момент мне был интересен театр не в театральной коробке, а в жизни. Вот у нас в Бресте есть улица Советская — и это наша сцена, наши живые декорации. Но героев, которые здесь жили, нет, и домов, где они жили, нет, и синагоги нет. Мы слышим только их голоса в реальном пространстве, где происходили события.
А как возникла идея?
Она появилась достаточно давно, но мы искали финансирование. Театр в тот момент был озабочен вопросами цензуры. И хотелось сделать такой спектакль, который не надо было бы показывать никаким комиссиям. И еще это был момент, когда я поняла, что не хочу делать спектакли в зале. И словила вдохновение от творчества немецко-швейцарской театральной группы Rimini Protokoll. Например, их радиопьеса для мобильного телефона «50 километров файлов» основана на архивах Штази. Человек идет по городу в наушниках, в определенных местах ловит радиоволну — и начинают звучать голоса людей, их разговор, который Штази когда-то записало в этом доме.

А еще, как ни странно, на меня повлиял Альгерд Бахаревич. В его романе «Праклятыя госьці сталіцы» герой попадает в театр «Минус» и незаметно наблюдает за реальными событиями как за спектаклем: за заседанием распространителей сетевой косметики или за партийным собранием. И еще одной отправной точкой стали тексты историка Кристиана Ганцера, связанные с историей обороны Брестской крепости. Я задумалась: почему мы не видим другую историю города, кроме героической? Полгорода, 45% населения, исчезает, и мы об этом особенно не помним и не говорим.
Чувствовали ли вы «сопротивление» материала, работая над этим проектом?
Эмоционально работать с этим проектом, конечно, тяжело: это кровавая история, которую ты отбираешь, корректируешь — и просто плачешь. У нас все плакали. И за это время мы почувствовали, что возникла тема не сопротивления, а, наоборот, помощи. Такое ощущение, что все эти 24 000 евреев стоят за спиной и поддерживают тебя. Было ощущение правильного и правдивого дела: ты говоришь правду людей, которые ее уже не могут сказать. Я не эзотерик, не мистик, но во время работы я поняла, что мертвые могут помогать, давать тебе силы.
Самый сложный момент в работе над Brest Stories Guide?
Я уже говорила про эмоциональную сложность. Но с другой стороны, до этого я много работала с трудными темами, и все преодолимо. Самый сложный момент случился, когда нужно было соединить несоединимое и наложить спектакль на карту города. То есть сохранить драматургию повествования, но при этом учесть среднюю скорость движения человека, особенности маршрута. Мы просто сломали голову. Бродили по улицам — по вечерам, по ночам, соединяли, слушали. Дух захватывало, но было очень трудно.
У проекта планировалось продолжение: о женах партийных и военных в оккупированном Бресте, которые не успели уехать вслед за мужьями; о жизни «на районах» в 1990-е.
Да, идей было много, но самая живая из них — про женскую историю Бреста. Правда, мы пока только думаем, как к ней подступиться. Хотим поставить спектакль про тех женщин, которые меняли жизнь города. Хотим сделать их заметными. Истории некоторых из них прозвучали и в Brest Stories Guide — например, линия Праведницы мира Полины Макаренко-Головченко.
Это будет спектакль о женщинах военного времени?
Нет, мы не будем так сужать круг. Будем говорить про всех. Например, про олимпийскую чемпионку Юлию Нестеренко, которая как раз живет в доме, где находится наше «Пространство КХ».
Очень важная особенность спектакля — небывалая зрительская свобода. Нужно просто скачать приложение Brest Stories Guide и выйти на маршрут. Не нужно покупать билет, можно смотреть спектакль одному, спектакль может начаться в удобное для тебя время и длиться ровно столько, сколько ты захочешь. Это было целью проекта или получилось как классный «побочный эффект»?
Мы долго обсуждали: кто наш зритель? В идеале это человек, который скачал приложение, понимает русский язык, движется без всяких ограничений и прослушивает все, что мы предлагаем на маршрутах. Но мы понимаем, что бывает плохая погода, что кому-то в силу возраста трудно пройти такое расстояние. Поэтому мы готовились к тому, что кто-то частично это прослушает, что кто-то сядет на лавочку и будет слушать. Мы даже пошли на то, чтобы выложить материалы на сайт. Их можно послушать дома, даже в другой стране. Конечно, есть формальная привязка именно к Бресту — все-таки экскурсия рассчитана на то, что человек будет слушать материал на улицах Бреста. Но если его интересует эта тема, он можешь послушать его, например, в Израиле.
Кто работал над спектаклем?
Из театра «Крылы халопа» — я, Светлана Гайдалёнок, звукорежиссер Андрей Богданов и программист Дмитрий Мартынюк. Мы провели кастинг среди брестских актеров — они начитывали аудиосопровождение. Нам помогали в сборе материала: краевед и специалист по еврейской истории Бреста Ефим Басин, историк Кристиан Ганцер. Благодаря Ганцеру в спектакль вошли уникальные материалы — нигде не опубликованные свидетельства немецких офицеров.
А какие локации отмечены на карте? Можете привести пример?
Например, кинотеатр «Беларусь» на улице Советской, в круглые стены которого запечатана шестиугольная Хоральная синагога. Ее перестроили после войны. На здании сейчас нет никаких мемориальных знаков, и если человек не знает истории города, то просто пройдет мимо кинотеатра. Но если спуститься по лестнице вниз, где сейчас туалеты, можно увидеть уникальный фундамент, в который вмурованы мацевы (надгробия).
Что бы вы сказали зрителям Brest Stories Guide?
Что это хороший повод приехать в Брест и узнать его неочевидную историю.